Живопись. Фотография. Дизайн.

Register Login

Два мастера - Александрас Мацияускас и Ромуальдас Пожерскис

Два мастера - Александрас Мацияускас и Ромуальдас Пожерскис

Литовская фотографическая школа общепризнанна как уни­кальное явление в искусстве: яркий стиль, мощное содержа­ние, нравственное начало во многом определили ее своеобразие. Лицо школы отражает творчество ряда ведущих мас­теров. Александрас Мацияускас и Ромуальдас Пожерскис, фотографы талантливые и самобытные, в их числе. Они начинали в разное время, но судьба распорядилась так, что один стал учителем, а другой учеником.

А. Мацияускас родился в 1936 году, вся его жизнь связана с родным Каунасом. Здесь он закончил среднюю школу, работал на заводе сельхозма­шин, потом фоторепортером в газете «Вечерние новости». Он один из тех, кто вместе с Вилюсом Ясинявичюсом, Витасом Луцкусом и Виталием Бутыри­ным создавал в 60-е годы Кау­насский фотоклуб, сыгравший значительную роль в становле­нии современной литовской фотографии. Первая персо­нальная выставка Мацияускасв состоялась в музее Чюрлениса (1968), в последующие годы его работы экспонировались на выставках в Ленинграде, в Национальной парижской биб­лиотеке, в галерее фотографии в Варшаве, в музее в Арле, в брюссельской киногалерее, в библиотеке ООН в Нью-Йорке. Выставочный список 80-х годов особенно велик. А затем состоялась персональная выставка мастера в Англии, а в издательстве «Таймс энд Хад­сон» вышла монография, ото­бразившая его творческий путь за тридцать лет.

Фотография Александраса Мацияускаса

Фотография Александраса Мацияускаса

В первые же годы А. Мацияус­кас заявил о себе, смело обра­щаясь к режиссуре, создавая метафорические по стилю работы, в них использовалось крупное зерно и графичность контрастной печати. Он как бы «лепил» художественный образ по ходу съемки, при лаборатор­ной отделке не избегая даже приемов монтажа. Когда в своей «первомайской серии» он обратился к «фотографии жизни», то обогатил ее непри­вычной в то время пластикой широкоугольной оптики. Нащупав принцип новой творческой манеры, Мацияускас и Константин Кондаков с блеском утвердили ее в цикле «Базары», где главным героем являлся литовский крестьянин, его характер. Предметы сельского быта также обретали в этих снимках особую значимость.

Экспрессия и динамика выво­дили эти предметы-знаки, предметы-символы на первый план. Базар у Мацияускаса — это стихия народной жизни, сплетение характеров, гротеск и юмор, выплеснутые зрителю. В конце 70-х в цикле «Ветери­нарная клиника» проблема бытия приобретает у автора еще большую цельность и зао­стренность. На снимках — стра­дание живой плоти «братьев меньших» и рядом люди, их спа­сающие. Образы врачей решены обобщенно, нередко монументально, они прочитыва­ются как символы, несущие добро. Иногда кадр восприни­мается с почти физически ощу­тимым криком боли и тогда весь цикл может служить подо­бием ноева ковчега. В этой работе торжествует гуманисти­ческое начало и сострадание, побеждающие боль и смерть.

Фотография Александраса Мацияускаса

Фотография Александраса Мацияускаса

Естественным продолжением темы стал экологический цикл. Деревья, коряги, растения, раз­ давленные цивилизацией, обу­гленные, искалеченные, «заго­ворили», «закричали», требуя помощи и защиты. Здесь «кри­чащая» немота взывает к мило­сердию, снова и снова возвра­щает нас к вопросу: что есть человек и где мера его деяний?

В последнее время Мацияускас развил эту тему в суровой и жесткой по материалу серии «Память», созданной как раз­ мышление о жизни и смерти. Запечатлены кладбищенские памятники и надгробия, эти каменные плоскости, разбившие пространство на клетки и отсеки. Но жизнь продол­жается в летучих образах когда-то живших людей, чей облик сохранили выцветающие овальные портреты. Фотогра­фия, останавливающая время навечно, здесь она буквально исполняет эту роль...

Ромуальдас Пожерскис пришел в фотографию в середине семи­десятых, когда учился в Кау­насском политехническом институте. Его творческий взлет был стремительным: в 1977 году на конкурсе молодых фотографов в Арле, во Фран­ции, он получил два главных приза — фотографов и зрите­лей. Сегодня список наград завершает Гран-при Междуна­родной организации Красного Креста и Красного Полумесяца за серию «Последнее пристани­ще» о доме для престарелых.

За полтора десятилетия персо­нальные выставки Пожерскиса побывали в Америке и многих европейских странах, вышло несколько фотокниг, ему прису­ждены звание заслуженного деятеля искусств Литвы (1989) и Литовская национальная пре­мия по искусству (1991).

Фотография Ромуальдаса Пожерскиса

Фотография Ромуальдаса Пожерскиса

Суть фотографии для Пожер­скиса в том, чтобы показать реальную жизнь. Такая фото­графия требует огромных уси­лий и тот, кто не выдержива­ет, — сворачивает на более легкий путь. В условиях непро­стых отношений народа с вла­стью Пожерскис воевал с офи­циозом своими снимками. И то, что он не мог показать или опубликовать их, только усили­вало внутренний протест, ста­новилось источником энергии, ведь запрет рождает противо­действие. В первом же его цикле «Победы и поражения» за внешним сюжетом угадыва­лась тема достоинства и чести, тема непокорившегося челове­ка. Затем последовали циклы «Старые города Литвы», «Дет­ская больница», получившие заслуженное признание.

Однако все это время Пожер­скис снимал свою главную тему — цикл «Отпущение грехов», — цикл «Отпущение грехов», частично показанный и публи­ковавшийся под названием «Сельские праздники». Лучшие негативы автор хранил у дру­зей, не без оснований опасаясь за их судьбу (съемка на рели­гиозную тему официально не одобрялась).

Работа над этим циклом более чем другая была подчинена генеральной идее литовской фотошколы: показать миру, что Литва и литовский народ живы, что они сохранили прочное основание, на котором зиждется здание нации. И если Мацияускас дал фотографичес­кое выражение размаху народ­ной стихии и поставил проб­лемы выживания в свойствен­ной ему символической форме, то Пожерскис показал духов­ные истоки стоического терпе­ния и силы своего народа.

Фотография Ромуальдаса Пожерскиса

Фотография Ромуальдаса Пожерскиса

Грех и покаяние, веру в заветы отцов, плотские радости и кровную связь с родной землей, мир детства как самое светлое и чистое в этой жизни — все это находит зритель в цикле, впервые полно показанном в Чикаго в 1988 году и Москве в 1990-м (в США издан альбом «Литовские паломники» из 80 кадров).

Что значит выразить религиоз­ную идею в фотографии? У Пожерскиса важны и место действия, и атрибутика, и состояние людей, порыв, их охвативший. Но как соединить все в кадре так, чтобы идея обрела живую плоть и мощь? Трудно объяснить эту загадку фотографической формы, ту силу преображения, которой блестяще владеют и Мацияус­кас, и Пожерскис. Эта сила в их руках обращает фрагменты реальности в полные метафи­зического смысла картины народной жизни и духовного возрождения.