Живопись. Фотография. Дизайн.

Register Login

Персональная выставка Хатипа Фазылова в Стерлитамаке

Персональная выставка Хатипа Фазылова в Стерлитамаке

Выставка живописи Хатипа Сарваровича Фазылова в Стерлитамакской картинной галерее приурочена к 60-летию со дня его рождения, которое художник отметил в 2020 году, и присуждению Государственной премии Республики Башкортостан им. Салавата Юлаева и экспонируется в рамках VI Всемирной фольклориады. В экспозиции — произведения из собрания Башкирского государственного художественного музея им. М.В. Нестерова.

...Сущность многогранного творчества Хатипа Фазылова — в его самобытности, в исконно национальном характере и мироощущении, которые исходят от жизненных впечатлений автора, берущих начала у истоков народной жизни...

Валентина Сорокина, искусствовед,

старший научным сотрудник БГХМ им. М.В. Нестерова,

заслуженный работник культуры РФ и РБ

Духовный взлет башкирскою живописца Хатипа Фазылова совпал со временем рождении и становлении творческого объединения «Артыш»: в 1995 году в рамках проходившего в Уфе 1 Всемирного курултая башкир экспонировалась и первая выставка «артышевцев». Фазылов показал на ней крупноформатные жанровые картины «Из прошлого» и «Ноябрь» и драматичный по образному звучанию пейзаж «Степь». И хотя его творчество с начала 1980-х годов — времени первых выступлений на выставках — было в поле пристального внимания коллег н критики (многие видели в его произведениях стилистические и образные интонации живописи выдающегося башкирского художника Ахмата Лутфуллина), именно 1995 год стал для него переломным: Фазылов как бы заново открыл себя для себя — в первую очередь, с точки зрении духовных приоритетов. Последующие годы ознаменовались рядом этапных для его творчества произведений, таких, как «Старая печь», «Шежере», «Древо жизни», «Вечер», «Стан тамьянцев», «Мугалим. Народный учитель», «Автопортрет. Сквозь времена», «Ерэнсэ сэсэн», «Всадник на фоне гор», «Сон», «Мелодия гор», «Рогервикский марш», «Абдрахман», «Семь девушек», «Молодая мать». Тематическая линия обрела в них черты конкретной выразительности: это история и культура Башкортостана и нравственные истоки национальной духовности. Эти темы стали для него программными, объясняющими нерушимую логику его образных откровений.

Хатип Фазылов. Наследие. 2008. Холст. Масло. Собственность БГХМ им. М. В. Нестерова.

Хатип Фазылов. Наследие. 2008. Холст. Масло. Собственность БГХМ им. М. В. Нестерова.

Начинал Фазылов как пейзажист. Серьёзно изучал натуру, выявляя в ней самое характерное. В конце 1980-х годов появились пейзажи, ставшие как бы прологом к его портретам, жанровым и историческим композициям следующих десятилетий. Построенные по принципу пейзажа эпического, эмоционально они воспринимаются как протяжная мелодия курая, как ласкающий шёпот ковыля. Художник искренен в своём лиризме по отношению к природному мотиву. «Это башкирская степь, ассоциируемая с местом его рождения — деревней Янаулово Абзелиловского района Башкортостана. Натурный мотив диктует критерии «цветописи»: сдержанные серо-голубые, зеленоватые и охристые тона со вспышками белого, розовою или золотистого ассоциируются с колоритом степи, составляют её «драматургию». Степь для Фазылова безгранична, поэтому она заполняет собой всю плоскость полотна.

Такой же композиционный приём использует художник в пейзажах и композициях на тому гор. В выборе самой темы он не новатор, потому что трудно не любить н не знать то, что видишь с рождения. Его новаторство заключается в другом — в авторской интерпретации извечного мотива: визуально и эмоционально горы для него, как и степь, безграничны, поэтому они, как н степь, заполняют собой большую часть холста и звучат, порой, преувеличенно ярко. Метафорически горы и степь — символы непрекращаемости башкирских родов, для Фазылова — непрекращаемости его древнего рода тамьян.

Хатип Фазылов. Шежер. Древо жизни. 1996. Холст. Масло. Собственность БГХМ им. М. В. Нестерова.

Хатип Фазылов. Шежер. Древо жизни. 1996. Холст. Масло. Собственность БГХМ им. М. В. Нестерова.

В смысле генетической связи с природой и древней культурой родного народа Фазылов — безусловный язычник. Иначе, как объяснить логику появления в ряду ею исторических образов, имеющих реальные исторические прототипы (например, «Комбриг Муса Муртазин»), образов по архетипу иных — откровенно мифологических? Древо жизни (по-башкирски шежере), Весна в облике башкирской красавицы, волшебные крылатые кони Тулпар и Акбузат, лук, стрелы и курай (материальные и духовные ценности башкира-кочевника) — культурологические составляющие тотемической психологии народа, верующего в спасительную магию добрых сил и обережную функцию мифологических образов. С одной стороны, они для Фазылова — образы самоценные, подтверждающие и усиливающие суть его авторской программы. С другой — именно они подвели художника к его этапным произведениям, таким как «Ерэнсэ сэсэн», «Автопортрет. Сквозь времена» и «Рогервикский марш». При безусловной самостоятельности все три образа связаны концептуально: сэсэн — народный сказитель и певец; древний лучник — это сам художник; кураист — молодой башкир, играющий номинальную песнь о погибшем в далёком Рогервике национальном герое Башкортостана Салавате Юлаеве. Вместе эти произведения, как и другие, составляют немногословный, но полный внутреннего достоинства образ башкирского народа.

Светлана Игнатенко, искусствовед,

заместитель директора БГХМ им. М.В. Нестерова по научной работе,

заслуженный деятель искусов РБ

ЖИВОПИСЬ ХУДОЖНИКА ХАТИПА ФАЗЫЛОВА