Живопись. Фотография. Дизайн.

Register Login

Современные фотографы и фотохудожники

Как и в любой сфере деятельности человека, в фотографии тоже надо учиться у мастеров прошлого и настоящего. Необходимо изучать все то, что делали фотографы до тебя. К чему они стремились, какие задачи решали, что хотели показать зрителю. Изучая снимки фотохудожников, вы будете будете черпать новые идеи для собственного творчества.

А чтобы все это сделать, необходимо знать своих героев в лицо. В этом разделе мы будем знакомить вас с биографиями знаменитых фотографов и фотохудожников, чья работа оставила след в современной фотоиндустрии. Мы покажем из знаменитые работы. А вам, уважаемый читатель, останется только выбрать понравившееся вам направление и искать дополнительный материал, чтобы раскрыть свой собственный творческий потенциал.

Вацлав Йиру—учитель фотографов

Вацлав Йиру—учитель фотографов

Сегодня наш рассказ о крупнейшем фо­тодеятеле Чехословакии Вацлаве Йиру (1910— 1980). Прошло более десяти лет, как он ушел из жизни, но не из сердец поклонников фотоискусства. Спросите тех людей, кому за сегодня пятьдесят,— кто та­кой Йиру? И вам ответят: душа творче­ской фотографии 60-х, отец замечатель­ного, популярного и в наши дни фоторе­вю, организатор притягательных выста­вок, чуткий бильдредактор, глубокий тео­ретик, собиратель и покровитель истин­ных фототалантов.

Чехословацкий искусствовед Йозеф Ма­шин писал: «Вацлав Йиру никогда не пре­подавал ни в каком учебном заведении, но стал настоящим учителем фотографов. Его книга «Зеркало жизни» и поныне ос­тается основополагающей в ряду теорети­ческих трудов. Кто бы ни обращался к Йиру за советом, будь то автор с име­нем или начинающий любитель, с каждым он щедро делился знаниями, богатым опытом. Необычайно интересно и поучи­тельно было наблюдать за его работой в жюри фотоконкурсов. Из сотен снимков он быстро и безошибочно отбирал луч­шее. Во время обсуждений удивлял не­ стандартностью мышления и убедитель­но склонял коллег на свою сторону. Вся­чески способствовал выдвижению новых дарований».

Просмотров: 770

Фотограф Андреас Гурски: певец перенаселения. Антрополог.

Фотограф Андреас Гурски: певец перенаселения. Антрополог.

Живые люди редко воспринимают себя в контексте исторических терминов. Даже если аналитики их вдохновенно придумывают. «Стомильонный народ» в «поэме без героя» от Гурски в реальности руко­водствуется тысячами мотиваций и соображений. Однако индивида у Гурски нет. В этом он следует не только эпохе, но и своим учителям.

В 1980-е годы Андреас Гурски учился в дюссельдорфской Акаде­мии художеств у знаменитых фотографов Бернда и Хиллы Бехер. Че­та Бехер прославилась фотографиями ничем не примечательных элементов городской архитектуры: складов, водонапорных башен и прочих служебных построек. Бехеры оказали серьезное влияние на послевоенное немецкое искусство, и Гурски можно назвать продол­жателем их дела. Обращение Бехеров к второстепенной, неважной архитектуре и их нежелание вводить в пространство фотографии че­ловека, безусловно, повлияло на Гурски. Фотографы испытывали восторг оттого, что они называли «кочующей архитектурой».

Просмотров: 982

Фотограф Грег Горман: брависсимо & скандалисимо

Фотограф Грег Горман: брависсимо & скандалисимо

В конце шестидесятых будущий фотограф Грег Гор­ман попросил камеру у своего друга и пошел на концерт Джими Хендрикса. Фотографии получились не ахти ка­кие. Однако, по утверждению Горма­на, именно концерт Хендрикса повер­нул его судьбу в сторону фотографии. И 1967-1969 годах он изучает фотожурна­листику в университете Канзаса. Пос­ле переезжает в Калифорнию и соби­рается поступить в Brooks Institute of Pfotography. Не сложилось. Но он и не жалеет...

История с институтом имела необыч­ное продолжение. Кто бы знал, что прой­дет много лет, и фотографа пригласят туда читать лекции, будет огромный скандал. Директор института запретит Горману де­монстрацию нескольких своих ню-фотографий. Фотограф публично во время лекции выскажет тому все, что думает по этому поводу. «Это самая невероятная, самая смешная вещь, которую мне приходилось когда-либо слышать, учебное заведение, за­нимающееся искусством фотографии, что сам директор искусством не считает».

Просмотров: 798

Фотограф Евгений Халдей: сквозняки истории

Фотограф Евгений Халдей: сквозняки истории

Это текст был написан в качестве вступительного слова к выставки Евгения Халдея в Берлине. Тогда, пресса пестрила эпитетами — «советский Роберт Капа», а знатоки указывали на место Халдея в мировой фотографии, рядом с Родченко и Ман Реем, и сетовали, что не счесть, мол, забытых алмазов в камен­ных пещерах истории советской фотографии. Халдей — первый из них. Западные ценители творчества Халдея — Марк Гроссе, издатель первого на Западе альбома фотографа, и Эрнст Фолланд — и сейчас сходятся во мнении, что свои лучшие работы Халдей, ставший известным благодаря военной съемке, отснял все-таки после войны. Такая точка зрения понятна: это поиск неподдельной жизни, универсально понятной жанровой фотографии, человека.

Немолодая пара с еврейскими звездами в венгерском гетто, порт­реты Ростроповича и Шостаковича — поразительные и глубокие снимки. Фотографии Геринга с Нюрнбергского процесса — тонкая че­ловеческая штудия. Но двести с лишним работ показы­вают проблематичность попытки отделить общественное от частного, содержание от формы — как невозможно отделить мясо от костей в живом организме. Может быть, монументальная пластика фотогра­фии «Сталин, Ленин, хор» и не совсем типичная для Халдея край­ность, но на том же пафосе настояно его видение и маленьких людей, и производственных свершений.

Просмотров: 1098

Фотограф Андреас Гурски: певец перенаселения. Историк.

Фотограф Андреас Гурски: певец перенаселения. Историк.

Первое впечатление от Гурски — восторг. Или уж ас. Или и то, и другое, как отмечает критик Аликс Олин в статье «Андреас Гурски и современное возвышенное». Смотря как относиться к факту плотной, слишком плотной заселенности Земли. Такие чувства охватывают москвичей, которым приходится уезжать из центра после очередного выселения. Они смотрят на одинаковые ряды домов в спальных районах и страдают. По оставленным там, внутри Садового кольца, дворикам, трехэтажным особнякам и детским площадкам. Перед переселенцами открываются другие виды. Огромное двенадцатиэтажное здание с рядами окон. И еще одно, и еще. Неужели там, за окошками размером — если смотреть с земли - с монету, живут люди? Как они помещаются в своих коробочках? Переселенцев не очень радует запах свежести, идущий от побеленных потолков, и туалетная комната с новеньким, блестящим унитазом. Они не понимают, как обживать этот стандартный район. Годится ли он для жизни вообще?

Просмотров: 636