Живопись. Фотография. Дизайн.

Register Login

Графиня Строганова или кого изобразил на картине Константин Сомов

Графиня Строганова или кого изобразил на картине Константин Сомов

Тайна неизменно сопровождала небольшой акварельный портрет графини Екатерины Петровны Строгановой 1901 года работы Константина Сомова с момента его создания. В 1902 году он экспонировался на выставке «Мир искусства», в 1903 году был опубликован в альбоме художника, а в 1918 году был помещен в монографию о художнике Сергея Эрнста. Во всех случаях он фигурировал под названием «После мигрени», и нигде не было сведений о героине.

Сразу же после завершения рабо­ты над этой акварелью К. Сомов подарил ее своему ближайше­му другу Александру Бенуа, с тех пор вещь находилась в его соб­рании. После 1918 года ее следы затерялись, и в настоящее время она известна лишь по фотографии. Однако печальная судьба этого произведения нис­колько не умаляет его значения ни для твор­чества Константина Сомова, ни для исто­рии художественного объединения «Мир искусства».

Как нередко случа­ется, разгадка тайны этого произведения лежала на поверхнос­ти. О том, что изобра­женная на сомовской акварели дама — гра­финя Строганова, обмолвилась в своих мемуарах Анна Остро­умова-Лебедева: «Я часто хожу к Бенуа, и там бывает очень интересно. Особенно один вечер. Кроме меня, были Сомов, Лансере и Нурок... Бенуа с гордос­тью показывал мне (по его словам) шедевр, который подарил ему Сомов, так называемую графиню Строганову, по каталогу — «После мигрени». Этот факт до сих пор не привле­кал внимания исследо­вателей, хотя история замысла акварели действитель­но очень непроста.

В 1901 году, когда была созда­на акварель «После мигрени», наследием графа Строганова занимался не Сомов, а Александр Бенуа. Он подготовил и выпус­тил девятый номер журнала «Художественные сокровища России», посвященный стро­гановскому художественному собранию и дворцу с биографи­ческим очерком И.Божерянова об Александре Сергеевиче Строганове. Немалое место в нем отведено второй супру­ге графа Екатерине Петровне Строгановой, урожденной Тру­бецкой, образованной, умной женщине, и ее продолжительному и получившему огласку роману с Иваном Николаевичем Корсаковым. Эта галантная исто­рия не могла не привлечь вни­мания друзей-художников Бенуа и Сомова, увлеченных художес­твенным наследием рококо, которое во многом повлияло на изобразительную интерпре­тацию Сомовым образа графини. Поэтому можно утверждать, что именно Екатерина Петровна Строганова стала прототипом героини акварели Сомова «После миг­рени». Однако не ее роман с Корсаковым, как можно было бы ожидать, вдохновил художника.

В биографи­ческом очерке из «Художественных сокровищ» описа­ны и последние годы жизни Екатерины Петровны, когда она оказалась парализо­ванной. Оставшись неподвижной, семидесятилетняя графиня не утратила обаяния и живости ума. По воспо­минаниям очевидцев, она была «...женщина характера высокого и отменно любезная. Беседа ее имела что-то особенно заманчи­вое», поэтому многочисленных гостей она принимала «...сидя в кровати, обставленная подушками, в кружев­ном чепце, украшен­ном лентами всех цве­тов». Этот фрагмент жизни Строгановой, поданный в героичес­кой тональности, ока­зался созвучен увлечению Константина Сомова искусством рококо. Художник интерпретировал упо­мянутый эпизод из жизни графини в духе так называемых аль­ковных картин Жана Оноре Фрагонара, к произведениям кото­рого он уже обра­щался двумя годами ранее при работе над иллюстрациями к поэме А.С. Пушкина «Граф Нулин». Поэтому неудивительно, что Сомов значительно омолодил свою героиню по сравнению с историческим прототипом, а злосчастную кровать графини Строгановой превратил в ложе любви.

Большую роль в раскрытии сюжета акварели Константина Сомова сыграло ее название «После мигрени». В любимом романе художника «Опасные связи» Шодерло де Лакло мар­киза де Мертей, одна из главных героинь, осуществила пикант­ное приключение, сославшись на мигрень: «Тут же, чтобы воз­наградить его, а может быть, и самое себя, я решила позна­комить его с моим маленьким домиком, о существовании которого он и не подозревал. Я позвала мою верную Виктуар, а всем домочадцам объявила, что у меня мигрень и что я легла в постель... Осчастливленный кавалер тотчас же поднял меня, и мое прощение было скреплено на той же оттоманке...». Таким образом, название акварели «После мигрени» можно считать новой аллегорией любовного действия, созданной Сомовым на литературной основе по аналогии с аллегорическими названиями художественных произведений XVIII столетия, как, например, «Задвижка» Фрагонара.

Константин Сомов. После миргрени (портрет графини Е.П. Строгановой). 1901. Бумага. Акварель.

Константин Сомов. После миргрени (портрет графини Е.П. Строгановой). 1901. Бумага. Акварель. 

Местонахождение картины неизвестно.

Эротический характер сюже­та акварели Сомов значительно умерил иронией. Она выража­ется не столько в изображении ночного сосуда под крова­тью и рядом тумбочка стиль прованс, сколько в некрасивом, то есть не соответствующем ни одному из традиционных типов красоты, лице героини. Портрет Екатерины Петровны Строгановой работы неизвест­ного мастера XVIII в., на котором она представлена миловидной красавицей, был опубликован в труде великого князя Николая Михайловича «Русский портрет» спустя четыре года после созда­ния сомовского произведения. По данным этого издания, пор­трет Строгановой находился в начале XX столетия в московс­ком владении Н. М. Соллогуб и не был известен широкой публике, в том числе Константину Сомову. Но, исходя из трактовки образа в его работе, задача реконструк­ции красоты и обаяния графини перед ним не стояла. Акварель «После мигрени» явилась самым ранним из известных на сегодняшний день произведений, в образе героини которого Сомов свел счеты с некоторыми чертами своей собственной нату­ры, неприятными для него, но неизбежными. Через десять лет после создания этой акварели художник сделал дневниковую запись о женских образах в своем творчестве, объяснившую появление некрасивых дам в его произведениях: «Женщины на моих картинах томятся, выраже­ние любви на их лицах, грусть или похотливость - отражение меня самого, моей души... А их ломаные позы, нарочито их уродство - насмешка над самим собой и в то же время над противной моему естеству женственностью».

Возникает закономерный вопрос: что же осталось в про­изведении Константина Сомова от личности графини Екатерины Петровны Строгановой? Ответ очевиден: ничего. Но ничего и не должно было остаться. Акварель «После мигрени» является фан­тазийной интерпретацией обра­за исторического персонажа которая необходима для воп­лощения эстетической концеп­ции художника. Исторический персонаж в данном случае слу­жит лишь отправной точкой для воображения, так же как и образ Людовика XIV в знамени­той серии «Последние прогул­ки Людовика XIV» Александра Бенуа. В то же время единс­твенный портрет историческо­го лица в творчестве Сомова - «Портрет А.С. Пушкина» 1899 года, или «Портрет в старин­ном стиле», ни в коей мере не искажает знакомого по прижиз­ненным изображениям обли­ка поэта. Он даже повторяет иконографию портретов, в том числе миниатюр «собеседова­ние около письменного стола» второй половины XVIII - начала XIX в., от себя же Сомов привнес несколько утрированные «обе­зьяньи» черты Пушкина, что не противоречит документальным свидетельствам.

Наконец, можно утверждать, что истоки замысла акваре­ли «После мигрени» и вольная трактовка исторического образа в этой произведении восходят к деятельности и творчеству Александра Бенуа. Здесь нужно вспомнить, что замысел целого ряда произведений, впоследс­твии прославивших Сомова и вошедших в сокровищницу русского искусства, принадле­жит Бенуа. Нередко он предла­гал тему, друзья одновременно начинали работать над ней, однако вскоре Бенуа разочаро­вывался в собственных силах и бросал произведение, в то время как Сомов доводил рабо­ту до конца. Именно так был создан знаменитый графический портрет «Девочка Оля» работы Константина Сомова8. Так же, скорее всего, был задуман пор­трет графини Строгановой, и не случайно Бенуа сразу же после завершения этого произведения получил его в подарок.

Причина же сокрытия имени героини акварели «После миг­рени» связана, скорее всего, с порядочностью художников, не хотевших обидеть наследников графини или кого-либо из фами­лии Строгановых.

Хочется надеяться, что дан­ная работа поможет найти если не саму акварель Константина Сомова «После мигрени», то какие-либо сведения о ее судьбе.

Анна Завьялова, Журнал «Мир музея», 2008 год